Этот сайт - признание в любви потрясающей Женщине, которую обожаю, замечательной Актрисе, чей талант многогранен и бесконечен... Спасибо за то, что Вы есть в моей жизни...







Я стою у ресторана

Я стою у ресторанаЗимой 1987 года состоялась премьера практически моноспектакля Гундаревой по пьесе Э. Радзинского «Я стою у ресторана» в поставке режиссера В. Портнова. В этой пьесе Радзинский продолжает рассказ о современной женщине, когда-то начатый в «104 страницах про любовь», «Снимается кино». О ее вынужденной самостоятельности, неустроенности, нерастраченной нежности и понапрасну пропадающем даре любить. Пьеса многословна и вычурна, но именно ее перегруженность подробностями и захватила актрису, которая словно берет реванш за все не сыгранные ею роли, демонстрирует виртуозное, зрелое мастерство. Пьеса дала возможность Гундаревой рассказать о себе и о женщинах своего времени - отсюда пронзительная исповедальность исполнения.
Ее Нина мечется по огромному пространству сцены, ерничает, хохочет, говорит, кривляясь, со всеми мыслимыми и немыслимыми акцентами - украинским, грузинским, произносит несколько фраз с доронинским придыханием. Она то выбегает в клоунском наряде, то вдруг пройдется деревянной кукольной походкой и проговорит что-то «детским голосом», наивно хлопнув глазами. Но в этой Нине, скулящей, «как собачонка у булочной», беспрерывно что-то изображающей, не по возрасту несолидной, обнаруживаются судьбы и боль всех сидящих в зале  женщин. Их готовность к любви и самопожертвованию, их гордость и горечь, их желание защитить и утешить, их умение прощать, их тоска о самом обыкновенном женском счастье, о семье, тепле, добре.
Гундарева здесь бесконечно изобретательна, даже изощренна. И неправдоподобно нежна и доверчива. И величественна, как античные героини, - и тогда ее фатальная привязанность оборачивается великой страстью. Насмешливая и трепетная, болтливая и вызывающая, лишь бы не успели прервать поток ее дурацких слов и не увидели, как ей больно, не посмели пожалеть. Гундарева сыграла Судьбу. Жизнь. Ее бесконечная игра-стрельба из пистолета, почти кривлянье, дерзость, подравнивание, перевоплощение, смена  масок - есть проявление могучей витальности ее натуры. В игре прорываются те неиссякаемые, огромные жизненные силы, которые самой жизнью подавляются и отвергаются. Та удивительная свобода духа, которую нам сегодня с трудом удается в себе и других обнаружить, которую нам так страшно показать и которая живет в каждом из нас, рвется, просится наружу.